Жить в Испании и не пройти знаменитым на весь мир Путем апостола Иакова — непростительно. Лето — в Галисии оно, как и на всем северном побережье Пиренейского полуострова, весьма прохладное — лучшее время для исполнения такого желания. Получив в столичном Обществе друзей Пути апостола Иакова маршрутный лист, бросив в тощие рюкзаки дождевики и кое-что из одежды, жарким мадридским вечером мы, трое новоявленных столичных паломников — глава русской редакции REE Владимир Потоцкий, его друг католик-богоискатель Игнасио и я — втиснулись в узкий и душный, с трехъярусными полками вагон пассажирского поезда "Мадрид — Ферроль". Ночные поезда в Испании, как, впрочем, и везде в Европе, ужасны. Кто путешествовал таким способом, знает, насколько просторней и удобней российские спальные вагоны. Ну ничего, до 5 утра как-нибудь перетерпим, всунувшись в эти прокрустовы щели, а утром — Саррия, маленькая галисийская станция, отправной пункт нашего паломнического маршрута.

Весь этот, с XI века существующий путь протянулся более чем на 700 километров. Начинается он во французских Пиренеях, а заканчивается в Сантьяго-де-Компостела, на самом краю Европы. По недостатку времени и сил мы дерзнули осилить лишь последний участок Пути протяженностью 111 километров. От этой самой Саррии до Сантьяго. Что ж, и это неплохо, прошагать чуть ли не всю Галисию.

Итак, полные сил и воодушевления, глотнув кофейку в вокзальном буфете, не пошли, а буквально ринулись, ломанулись мы, скоро удаляясь от станционных гудков и прочей ненавистной цивилизации в сторону мрачного, но такого вожделенного леса. Скоро начало светать, и можно было больше не чиркать зажигалкой, чтоб разглядеть на придорожных валунах желтые стрелки, указывающие направление. Этими стрелками отмечен весь маршрут, от самой Франции. Пилигрим встречает их на всех развилках лесных и полевых троп и дорог, так что не заблудишься. Эти стрелки давно стали символом Пути, а футболки и кепки с их изображением — предметом наживы местных мануфактурщиков.

Рассвело, и открылся чудный вид. Тропа через лес вывела нас на холмистые поля, изредка перемежающиеся перелесками. Наша извилистая дорожка взбирается на одну из вершин таких холмов. Открывается простор, в чем-то напоминающий наше русское раздолье, какие-нибудь Северные Увалы на Костромщине. Березы, встречающиеся там и сям, дополняют такое впечатление.

Редкие деревушки с колоритными неторопливыми селянами, говорящими на своем причудливом галисийском языке, с овечьими загонами, обнесенными оградами из необтесанных камней. Поля, усаженные кукурузой и подсолнечником. Стоящие на сваях, большие и малые, каменные и дощатые причудливые "домики", этакие избушки на курьих ножках. Это знаменитые местные зернохранилища, своего рода символ Галисии. Да, это не Кастилия. Другой народ, другая культура.

Тропка приводит нас к лесному кафе, поставленному, видимо, ради таких как мы паломников. Несколько странников — первые встретившиеся нам попутчики — уже притулили к забору огромные рюкзаки, сидят за столиком, пьют свое вечное кофе. По всему видно, что они бывалые, не чета нам. Вырезанные в кроссовках и горных ботах дырки на носках, истертые верхи дорожных посохов, загорелые и обветренные лица. Мы заказали чаю, разговорились. Оказалось, это немцы, шагающие уже второй месяц, идущие от самого начала Пути. Особенно запомнился один из них — высокий, лет шестидесяти с совершенно седой, подровненной по краям бородой, но совершенно безусый человек. Чем-то он напоминал морского капитана, какого-нибудь Кука, съеденного папуасами. К счастью, добрый и христианнейший народ галисийцы нас не собирались есть, а напротив, готовы были радушно угощать чем Бог послал.

Прошагав километров двадцать пять, дошли до реки Минью, довольно крупной для здешних мест. В нижнем течении Минью служит границей между Испанией и Португалией, до самого своего впадения в Атлантический океан. Перешли по каменному автодорожному мосту на другой берег — условное место встречи с теми, кто по уговору должен к нам здесь присоединиться. Это трое наших прихожан из Южной Португалии. В полдень мы и встретились, и весь наш дальнейший путь проделали вшестером.

Деревня на берегу Минью звалась Портамарина. В ней нам и предстояло заночевать. Следует заметить, что вдоль всего Пути специально для паломников построены бесплатные ночлежки, вполне сносные, даже с душевыми, с бесплатными медпунктами. На двухъярусных лежаках имеются матрацы и подушки, правда без белья. Да оно и не к чему суровым скитальцам. Набивается в такие ночлежки по несколько десятков, а то и сотен человек. Кого только не встретишь — французы, итальянцы, немцы австрийцы, даже кубинцы. Ну и, конечно же, испанцы. Устроившись в такой казарме-гостинице, отправляемся в ресторан. Вдоль Пути, на всех остановках — рестораны для паломников, с так называемым меню пилигрима. Очень дешево и вкусно. Особенно вкусны щи из свежей капусты, которые здесь почему-то называют галисийским бульоном. После обеда трое из нас идут спать, а трое — на реку. В такой реке нельзя не искупаться. Переплываем ее туда и назад. Возвращаемся, отдыхаем, вечером ужинаем и спать.

В половине шестого — подъем и снова в путь. Идти надо только до обеда, когда прохладно. Хотя в Галисии и не бывает жары, но, когда солнце выходит из-за вечных галисийских туч, все же припекает. Первые полчаса идти трудно, боль в мышцах. Потом она проходит и тогда надо войти в ритм и уже не останавливаться до самой очередной ночлежки. Главное, чтоб не было мозолей. Для этого нужна не только подходящая обувь, но и две пары носков — тонкие, облегающие ступню и поверх их еще толстые, зимние. Тогда мозоли не появятся.

Так и прошагали мы свои 111 километров, потратив на это пять дней. Сколько интересных людей встречалось нам в дороге (чего стоит один дедушка англичанин, совершающий паломничество верхом на осле из самой своей Англии), какие леса и поля открывались нам, сколько много мы узнали о галисийской деревне — всего этого не охватишь в небольшой зарисовке. На пятый день мы достигли своей цели — собора святого апостола Иакова в городе, носящем его имя. Помолились на специальной паломнической службе, получили свидетельства пилигрима (на латыни!), побродили по этому городу паломников. И вернулись восвояси, в городскую круговерть. Первое желание, которое у всех нас возникло, едва мы достигли цели маршрута — проделать такой паломнический путь вновь. Только вот не решили — на велосипедах из Порту или на плоту по Минью.

Скорее всего, мощи, хранящиеся в соборе Сантьяго, принадлежат не апостолу Иакову Зеведееву, а неизвестному местному епископу V-VI веков. Но это для нас было не так уж и важно. Важен был сам процесс паломничества, само шествование, во время которого начинаешь вдруг понимать, что вся жизнь — это путь, что на земле мы странники и пилигримы.